Валерий Падерин о проблемах, которые пандемия принесла томскому бизнесу

Рубрика: Бизнес и финансы
Декабрь 16, 2020 Просмотрено: 531 Елена Реутова
Падерин_.jpgБизнес даже в обычное время — рискованное предприятие. С началом пандемии коронавируса для многих риски выросли кратно, поставив целые отрасли под угрозу закрытия. О том, с какими проблемами сталкиваются предприниматели Томска в новых условиях, мы поговорили с уполномоченным по защите прав предпринимателей в Томской области Валерием Падериным.
 

нумерация-мал.pngПервая волна


— Валерий Анатольевич, расскажите, какие изменения произошли в работе с предпринимателями с началом пандемии?

— В обычное время мы помогаем бизнесу решить противоречия с органами власти. Предприниматель по закону имеет на что-то право, а чиновники нередко выстраивают непреодолимые барьеры в его реализации. Или, напротив, предъявляют предпринимателю незаконные требования. Много лет одной из тем, которая лидировала по количеству обращений, были земельные и имущественные отношения. Так же в «топ три» входили жалобы на действия контрольно-надзорных органов (в том числе налоговой службы) и вопросы, связанные с цифровизацией — внедрением систем контроля оборота различных видов товаров (ЕГАИС, маркировка). Пандемия внесла коррективы: весной эти вопросы отошли на второй план.

— Можно сказать, что бизнес оказался в стрессовой ситуации.

— Да, и это подтверждает то, что в первое время обращения главным образом касались возможности работать. Объявленные президентом нерабочие дни вынудили предприятия во многих сферах приостановить работу. Первые массовые звонки начинались с фразы: «Я занимаюсь тем-то, можно ли мне работать, какую справку для работников нужно оформить?» Многие считали, что как только им разрешат работать, проблемы снимутся. Время показало, что это не совсем так.

— Какие еще изменения произошли кроме изменения тематики обращений?

— Времени, которое отводится на решение проблем, стало гораздо меньше. По закону у нас есть месяц на отработку обращения, и мы, если позволяла процедура, старались сами сокращать этот срок. Но с началом пандемии счет зачастую стал идти даже не на дни, а порой на часы. «Я арендую помещение в бизнес-центре, сейчас не могу работать, нет дохода, а аренду надо платить, что делать?», «Меня выгоняет арендодатель, что мне делать?» — таких обращений были десятки каждый день. И решение требовалось прямо сейчас. Это привело к тому, что у нас стало очень мало письменных обращений, предприниматели стали чаще обращаться по телефону, и почти все проблемы необходимо было решать в экспресс-режиме.

— Удавалось?

— Во многих случаях. Дело в том, что львиная доля вопросов была связана с разъяснениями: порядок возвращения к работе, требования к оформлению справок сотрудникам и другие. Мы наизусть знали все необходимые нормативные документы, и на типовые вопросы могли дать ответ практически мгновенно. Кроме того, ситуацию помогало удержать своевременное открытие центра «Мой бизнес», который взял под свое крыло всю инфраструктуру помощи предпринимателям: от финансовых мер поддержки до консультативных услуг. Работая в паре, мы смогли сгладить те пики, которые были вначале, когда никто не знал, куда обращаться.

нумерация-мал.pngНовшества во время пандемии


— Через 2-3 месяца, когда люди начали привыкать к жизни в условиях пандемии, вновь стали появляться «классические» обращения. Например, было объявлено, что популярный режим ЕНВД (единый налог на вмененный доход) с 1 января перестанет существовать, а у нас им пользуется почти 40 % предпринимателей — больше 16 тысяч субъектов. Это очень болезненная тема. Волнует предпринимателей и маркировка товаров. Многие надеялись, что в такое тяжелое время ее введение будет отложено. Но этого не произошло. Упростили только ситуацию с лекарственными препаратами.

Что касается других видов товара, правительство очень жестко настаивает на том графике, который был утвержден ранее. Для предпринимателей это дополнительные затраты, связанные с приобретением техники и ПО, обучением людей. Много технических проблем, которые быстро решить не удается, а схема всегда строится так, что за сбои отвечает предприниматель, причем рублем. И это уже сказывается на бизнесе. Например, с 1 июля в системе маркировки оказались те, кто работает с обувью, и процессы внедрения идут очень непросто.

Еще одна тема, которая стала подниматься летом-осенью, — кадастровая оценка земельных участков и объектов капитального строительства. После проведения оценки многие стали в 3-4 раза «богаче» — именно во столько увеличилась кадастровая стоимость объектов капитального строительства, которая ложится в основу расчета налогов. Те, кто раньше применяли специальные налоговые режимы и чьи объекты недвижимости использовались предпринимателями для бизнеса, были освобождены от имущественных налогов. А сейчас действует положение: если эти объекты оценены по кадастровой стоимости и попадают в перечень объектов, которые используются для общепита, торговли и других целей, они облагаются налогами, и это часто довольно серьезные деньги.

— Как вы считаете, бизнес сегодня больше склонен к оптимистичным или пессимистичным прогнозам?

— С началом обострения ситуации (рост заболеваемости) бизнес в напряжении ждет решений по пандемии. Все вопросы, о которых я говорил ранее, очень важны, но все они не имеют никакого значения, если не будет возможности работать. Аппарат уполномоченного при президенте РФ по защите прав предпринимателей каждые две недели проводит мониторинг состояния бизнеса и эффективности мер господдержки. В его основе опрос владельцев бизнеса из всех регионов страны.

Это «эмоциональный» мониторинг, построенный на ожиданиях. И надо сказать, что ожидания у бизнеса плохие. На вопрос «Как вы оцениваете положение вашей компании на текущий момент?» более половины отмечают снижение финансовых показателей. Примерно 50 % отмечают, что шансы на выживание невелики. Еще один показательный вопрос: «В каких мерах поддержки нуждаются компании из вашей отрасли». Самые популярные ответы — «снижение налоговой нагрузки» и «не закрывать бизнес».
 
— Были те, кто смог заработать вопреки кризису?

— Особенность нынешней ситуации в том, что очень хорошо смогли заработать те, кто сумел быстро переориентироваться и начать производить санитайзеры и маски (на удивление таких было много среди мебельщиков). Вырос спрос на услуги фирм, занимающихся строительством индивидуальных жилых домов и оказывающих сопутствующие услуги (строительные материалы, отделочные работы и т. д.).

— Вы сказали, что многие ждали, что после разрешения работать проблемы снимутся.
 
— Да, и этого не произошло. Весной Томская область стала одним из первых регионов, который стал разрешать работу торговых центров, салонов красоты и других сфер бизнеса. Но они открыли двери, а людей нет. Точнее значительно меньше, чем владельцы ожидали. Но даже те, кто это пережил, считают очень важной возможность работать. Сейчас гарантию никто не может дать, но будем надеяться, что работа бизнеса без крайней необходимости больше не будет приостанавливаться. 

нумерация-мал.pngПозитивные моменты


— Есть отрасли, которые, несмотря на трудности, позитивно относятся к сложившейся ситуации?
 
— Меня поразило, насколько позитивные люди работают в турбизнесе, который оказался, пожалуй, в одной из самых сложных ситуаций. Многие вкладывают в поддержание сотрудников, аренду офисов те средства, которые предназначались на развитие, по сути —личные деньги, чтобы сохранить свое дело. Сегодня приходится чаще слышать другие высказывания: «Если бы мы знали, сколько это продлится, мы бы рассчитали силы, растянули ресурсы». Но даже сейчас у экспертов разные ожидания относительно окончания пандемии. Многие говорят о поздней весне.

Если отойти от эмоций, то очень наглядно показывает ситуацию исследование, проведенное Сбербанком. Оно демонстрирует, как изменились траты населения в различных отраслях. Значительно сократились расходы на покупку авиабилетов, на отели, рестораны и многие другие виды товаров и услуг, связанных с развлечением и отдыхом. Но есть отрасли, востребованность товаров которых возросла кратно. Так, по данным других исследований, в 4,5 раза по сравнению с прошлым годом выросли продажи компьютеров, почти в 10 раз — строительных и отделочных материалов. Значительный рост показали продажи бытовых электротоваров и мобильных телефонов.

— Как вы оцениваете меры поддержки со стороны государства?

— Во многих случаях они сгладили ситуацию. Прежде всего это касается 16 отраслей, признанных правительством особо пострадавшими. В Томской области этот статус смогли доказать около 12 тысяч малых предприятий (около 30 %).
 
— Доказать статус было сложно?

— Не секрет, что правительство в качестве результата использования мер поддержки ожидало сохранение занятости населения. Поэтому одной из первых мер была субсидия для пострадавших отраслей на выплату зарплат. Другими мерами стали льготные кредиты. Например, беспроцентный кредит на заработную плату и кредит на производственные цели, который можно не отдавать, если ты сохранил занятость на уровне 90 %. Шанс был, но не у всех получилось.

Часть работников по разным причинам уволились, а предприниматели вынуждены платить кредит, на обслуживание которого у них нет денег. Как ни странно, это оказалось особенно болезненной темой для наших столиц. Они притягивают активных работоспособных ребят из соседних небольших городов. В условиях падения доходов многие из них приняли решение вернуться на родину, где не надо платить за аренду жилья и жизнь дешевле.

Были серьезные проблемы, связанные с ОКВЭД. Много лет он никого не интересовал. При этом система отнесения к пострадавшим отраслям выстраивалась так, чтобы ее легко было администрировать. Не тот ОКВЭД — в следующий раз приходи. Иногда нам удавалось немного скорректировать ситуацию. Уполномоченные по защите прав предпринимателей со всех концов страны (и мы в том числе) поднимали вопрос о том, что в некоторых ситуациях предпринимателям несправедливо отказывают в поддержке. Например, в список попал узкий ОКВЭД, а у многих предприятий он более широкий и цифры не совпадают. Несколько раз в этот список правительством вносились коррективы, но все равно не радикальные.

Кроме того, ряд мер поддержки был принят в Томской области на региональном уровне. Речь идет о предоставлении льгот по уплате налога на имущество ряду организаций, в том числе арендодателям, о снижении ставки налога по УСН. А также о таких уникальных для России мерах, как субсидии на компенсацию затрат на оплату коммунальных услуг, на организацию доставки еды (ранее такая мера была введена только в Москве и Татарстане).

Есть нюансы, о которых, на мой взгляд, не задумывались те, кто вводил ограничительные меры для бизнеса. К примеру, любое обучение на начальном этапе пандемии должно было быть дистанционным. У нас было несколько обращений от предпринимателей, которые вынуждены были полностью остановить работу из-за невозможности перейти на дистанционный формат. Нельзя научить дистанционно вождению или нюансам опасных профессий. При этом особенность образовательной деятельности в том, что нередко ею занимаются автономные некоммерческие организации (есть особенности, связанные с получением лицензии). Когда речь зашла о пострадавших отраслях, немало времени потребовалось, чтобы убедить в том, что есть АНО, которые полностью выпали из всех мер поддержки. Тем не менее, получившие помощь в основном довольны.
 
— А были среди принятых мер такие, которые позитивно сказались на бизнесе в целом?

— Да, все меры поддержки нашли своего получателя. Помимо тех, что уже были названы, важной мерой является снижение страховых взносов с 30 до 15 % (на сумму, превышающую МРОТ) для всех предприятий малого и среднего бизнеса. Высокие взносы в социальные фонды во многом «обеспечивают» теневую занятость. Долгие годы объединения предпринимателей добивались снижения платежей, которые сопровождают заработную плату. А пандемия заставила ускорить этот процесс. Принятое решение — это победа, которая во многих вселила надежду.


Фото: Анастасия Истомина


Оставить комментарий: