«Идти на дальнейшее кредитование…»

Рубрика: Это интересно
Март 15, 2017 Просмотрено: 234 Юрий Голицын, Московская Биржа, канд. ист. наук
«Идти на дальнейшее кредитование…» Первая кредитная операция Временного правительства — «Заем Свободы» — оправдала далеко не все надежды, на нее возлагавшиеся. Необходимо было предпринимать новые шаги для нормализации финансовой ситуации. И до октября 1917 г. было еще несколько попыток привлечь в экономику страны дополнительные инвестиции. 

Железным дорогам нужны инвестиции

Одной из таких операций было размещение второго выпуска Объединенного железнодорожного займа. Первый выпуск был подготовлен еще царским правительством. Проект разработан двумя банкирами — Я. И. Утиным (Учетный и Ссудный банк) и А. И. Вышнеградским (Международный банк) — и еще в декабре 1915 г. передан в Министерство финансов. Необходимость займа обосновывалась «нежеланием» коммерческих банков «идти на дальнейшее кредитование железных дорог без обеспечения им дополнительных кредитов в Государственном банке». Выпуск объединенного займа исключал конкуренцию отдельных железнодорожных обществ и предоставлял Министерству финансов возможность использовать полученные средства «для неотложных нужд некоторых железных дорог».

Осенью 1916 г. Министерство финансов выпустило заем на общую сумму 350 млн руб. Заем был выпущен из 4,5 % на 81 год и реализован среди акционерных банков по цене 73,75 за 100. В нем участвовали 12 частных железнодорожных обществ, крупнейшими по привлечению средств были Московско-Виндаво-Рыбинское (83 млн рублей), Московско-Киево-Воронежское (40 млн) и Черноморское (38,6 млн). Но окончательно заем был размещен только в июне 1917 г.

Действующие лица


жд-заем-дяденьки.png


Еще в ходе реализации первого выпуска начались переговоры о втором, поскольку положение с перевозкой грузов — как военных, так и гражданских — оставалось очень тяжелым. Летом 1917 г. Эксплуатационный отдел Управления железных дорог характеризовал ситуацию следующим образом: «…Результаты свидетельствуют о полной разрухе на железных дорогах, о постепенном ежемесячном уменьшении количества погружаемых на сети вагонов, о резком ежемесячном уменьшении количества действующих паровозов и о том, что мы идем быстрыми шагами к полной остановке работы железных дорог, а вместе с тем к полной остановке жизни государства, то есть к гибели России…»
В результате 9 августа 1917 г. Временное правительство выпустило постановление о выпуске внутреннего 4,5-процентного гарантированного правительством железнодорожного займа на 750 млн руб. Заем предназначался «для производства работ по постройке и усилению пропускной способности отдельных линий, а также для погашения краткосрочных долгов железнодорожных обществ».

19 августа 1917 г. управляющий Министерством финансов Временного правительства М. В. Бернацкий рассмотрел проект контракта с консорциумом банков относительно реализации второго выпуска железнодорожного займа. Он признал, что «ввиду большой задолженности частных железнодорожных обществ выпуск нового займа представляется безусловно своевременным и необходимым, так как в противном случае нормальная деятельность частных железных дорог могла бы поддерживаться лишь путем выдачи им пособий из казны». 18 сентября соглашение с банковским синдикатом о реализации займа было подписано. За размещение железнодорожных облигаций банки должны были получить комиссию в размере 0,25 % от реализации.

Заем разместили за три дня

Первоначально в займе планировалось участие 17 железнодорожных обществ. Но в итоговом списке не оказалось Копорской, Ферганской и Ейской железных дорог, однако добавилась Южно-Сибирская. 

Таким образом, в займе приняли участие следующие акционерные общества железных дорог:
  • Ачинск-Минусинской — на сумму 10,159 млн руб.;
  • Бессарабской — 1,905 млн руб.;
  • Бухарской — 21,042 млн руб.;
  • Верхне-Волжской — 37,080 млн руб.;
  • Владикавказской — 11,919 млн руб.;
  • Кольчугинской — 38,160 млн руб.;
  • Московско-Виндаво-Рыбинской  — 143,731 млн руб.;
  • Московско-Казанской — 170,844 млн руб.;
  • Московско-Киево-Воронежской — 81,766 млн руб.;
  • Оренбургско-Уфимской — 20,833 млн руб.;
  • Подольской — 20,168 млн руб.;
  • Рязанско-Уральской — 54,734 млн руб.;
  • Северо-Донецкой — 28,030 млн руб.;
  • Троицкой — 11,429 млн руб.;
  • Южно-Сибирской — 98,199 млн руб.

Предполагалось, что чистая выручка, за вычетом комиссионных в пользу банков, «даст» около 600 млн рублей, из которых 296 млн предназначались на погашение векселей и правительственных ссуд, 166 млн на погашение ссуд в частных банках, и 120 млн — в сберегательных кассах. Остаток должен был быть размещен на находившиеся «в распоряжении» Министерства финансов текущие счета железных дорог в частных банках, при этом средства, «расходование которых не представлялось безотлагательным», должны были быть помещены в краткосрочные обязательства Государственного казначейства.
Облигации второго займа были выпущены именные и на предъявителя номиналом в 100, 500, 1 000 и 5 000 руб. Заем должен был погашаться тиражами по нарицательной цене в течение 81 года, начиная с 5 сентября 1918 г. На погашение облигаций предполагалось отчислять 0,130995 % от нарицательной стоимости займа с добавлением 4,5 % «на вышедшие в тираж» облигации. Сокращать сроки и осуществлять конверсию займа было запрещено.

Публичная подписка на заем проводилась 3-5 октября 1917 г. во всех крупнейших акционерных банках и банкирских домах страны. Выпускная цена облигаций составляла 81,5 % нарицательной стоимости. При подписке вносился залог в размере 5 % стоимости наличными деньгами или ценными бумагами, полностью подписная сумма должна была быть внесена не позднее 15 октября 1917 г. Заем был размещен в течение трех дней подписки. Такой успех железнодорожного займа, в отличие от «Займа Свободы», печать объясняла его «производительным» назначением и наличием государственной гарантии. Но по мнению некоторых исследователей, причина была проще — появился новый благодатный объект для спекуляций на фондовой бирже.

Принудительный проект

В мае 1917 г., когда уже стало очевидно, что «Заем Свободы» не оправдывает надежд, появилась идея принудительного займа. Ее активно пропагандировал профессор П. Гензель. Он считал, что «государство должно оказать сильнейшее принуждение на обращение крупных свободных средств». По его мнению, подобный заем был более выгоден и для государства, и для населения, так как государство получает больше средств, а «всякий кредитор, даже если он сделался им насильно» находится в лучшем положении, чем налогоплательщик, отдающий свои деньги государству «безвозвратно».
По мнению Гензеля, заем должен был быть выпущен на 20 лет по номиналу. Официально он объявлялся «добровольным», однако все плательщики подоходного налога, имевшие по итогам 1917 г. более 2 тысяч рублей облагаемого дохода, должны были на него обязательно подписаться. При этом в проекте Гензеля предполагалась прогрессивная шкала подписки. Те, чей облагаемый доход составляет от 10 до 20 тысяч, должны были обязательно подписаться на сумму не менее 15 %, с доходом от 20 до 50 тысяч рублей — на 30 %, свыше 200 тысяч — на 60 % соответственно.
Но проект принудительного займа осуществлен не был. Причинами этого были ухудшение экономического положения в стране, возобновление крупномасштабных военных действий, политические кризисы и слабость Временного правительства.

Опоздавшие облигации

Еще одним проектом этого времени было предложение о выпуске военного выигрышного займа на 1 млрд рублей с большим количеством мелких, средних и крупных выигрышей, которыми и должны были погашаться облигации займа. От традиционных тиражей погашения предлагалось отказаться. Такой способ позволил бы избежать быстрого роста рыночного курса облигаций и их конкуренции с другими государственными ценными бумагами.
Некоторые исследователи считают, что кое-какие идеи этого проекта были реализованы Временным правительством в принятом 11 августа 1917 г. постановлении о выпуске Государственного внутреннего 4,5-процентного выигрышного займа 1917 г. Это постановление предусматривало эмиссию облигаций отдельными сериями по 400 млн рублей каждая. Ежегодно в течение 50 лет по каждой серии должны были производиться два тиража выигрышей. В каждом тираже разыгрывались следующие призы: один — в 600 тысяч, по два — в 300, 200, 150, 80, 50 и 20 тысяч, по десять — в 10 и 6 тысяч, двадцать — в 2 тысячи и восемьдесят восемь — в одну тысячу рублей. Всего 141 выигрыш на общую сумму в 2 488 млн руб. 

dumskie-dengi.jpgБумажные деньги Временного правительства номиналом 250 и 100 рублей в народе прозвали «думскими»: на обороте тысячной купюры изображался Таврический дворец в Петрограде, где заседала Государственная Дума.



 





На остальные облигации в каждом тираже должны были разыгрываться от 14 759 до 24 659 мелких выигрышей, размер которых в первых 33 тиражах должен был составлять 500 рублей, а в последующих — 600. Особенностью этого займа по сравнению с дореволюционными было отсутствие тиражей погашения, облигации должны были погашаться выпавшими на них выигрышами.
Летом 1917 г. российские посольства в Париже, Лондоне и Вашингтоне получили директиву от Министерства иностранных дел, которая предписывала своим сотрудникам найти возможности для размещения за границей специального заказа на изготовление денежных знаков и облигаций государственного займа.

16 октября 1917 г. российскими представителями в США был подписан контракт с фирмой American Bank Note Compani на изготовление для России облигаций займа в количестве 10 млн штук. Облигации этого многомиллионного займа по срокам выплаты дохода подразделялись на пять разрядов, в каждом из которых было 20 тысяч серий. В свою очередь серия содержала 100 облигаций по 200 рублей. При каждой облигации имелся лист на 20 купонов. Последние в зависимости от срока выплаты разделялись на подгруппы, в каждую из которых входило 4 купона. Все купоны были номиналом в 4 рубля 50 копеек. Таким образом, всего было заказано: облигаций на 2 млрд рублей и купонов на 900 млн рублей.

Из-за срочности заказа российскими представителями было дано согласие на печатание американской фирмой облигаций на бумаге без водяных знаков. Уже через два с половиной месяца, 5 января 1918 года, фирмой было изготовлено 2 млн облигаций 1-го разряда на сумму 400 млн рублей. Первое время после свержения правительства А. Ф. Керенского в Вашингтоне еще надеялись, что политический кризис в России вскоре закончится и в стране установится «законная власть». Но кризис принимал затяжной характер, поэтому начались переговоры о расторжении контракта. Однако выяснилось, что прекращение печатания облигаций сулило весьма большие убытки, поэтому их изготовление было продолжено «до лучших времен».

Изготовление последней партии было завершено в начале апреля 1918 г. 12 сентября 1919 г., после дополнительных переговоров с американским правительством, облигации были доставлены во Владивосток. В итоге I-III разряды выигрышных билетов были выпущены в обращение правительством Колчака в качестве наличных денег по нарицательной стоимости. После установления в Сибири Советской власти колчаковские деньги были аннулированы. Но из-за продолжавшегося «денежного голода» Иркутский губфинотдел в 1920 г. выпустил в обращение облигации IV-V разрядов со специальными надпечатками. Таким образом, 4,5-процентный выигрышный заем 1917 г. установил своеобразный рекорд — был задуман одним правительством, получен другим, а использован третьим.

Поделиться в соцсетях:
Оставить комментарий: